Карлайл, Англия, 2075 год. 18+
Мира, каким его знали больше нет. Границы измерений стёрты, новые расы, новые войны, общая опасность и борьба за власть. Присоединяйтесь к новой реальности.









The Shadows of Dimensions

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Shadows of Dimensions » Чаепитие в склепе » The Witchcraft Captivity


The Witchcraft Captivity

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Jason Orwell & Janet Orwell http://funkyimg.com/i/ZizW.gif Карлайл, Англия; конец мая 2075 года.   http://funkyimg.com/i/ZizW.gifВходя в активный состав Совета Рас, следует ожидать, что рано или поздно против тебя осмелятся применить магию. Но ожидать и готовиться - разные вещи. Именно сейчас Оруэлл оказался не готов. 

Отредактировано Jason Orwell (2017-10-06 15:11:00)

0

2

Потеря контроля над собой – худшее, что может случится с такими существами, как Оруэлл. На фоне этого даже смерть покажется великим благом. По крайней мере, смерть всегда приходит неожиданно и резко, и когда настаёт её черед собрать урожай, и когда даже самые отчаянные надежды иссякают под гнётом неприглядной действительности, всё, что остаётся делать в таких случаях – это закрыть глаза, когда смерть в следующее мгновение остановит сердцебиение и дыхание, вышибет дух и отправится дальше. Совсем другое – когда умираешь медленно и мучительно. Когда поначалу лишаешься возможности пошевелить конечностями. Потом – озвучить связную речь. А ещё через некоторое время лишаешься возможности трезво мыслить, и именно это долгие годы служило главным кошмаром для Оруэлла. После потери Джанет, разумеется. Лишиться контроля над собственным разумом – худшее, что может себе представить аналитик и стратег такого типа, как он. Это всё равно что медленно умирать. Осознавать всю неизбежность происходящего и не иметь хотя бы малейшей возможности повлиять на ход событий. Барахтаться на поверхности и испивать до капли собственное бессилие. Разум служил для Джейсона главным оружием – с его помощью он кормился, обеспечивал карьерное повышение, уменьшал риски и ломал чужие судьбы. Разум – главное его подспорье в даре красноречия и убеждения, и раньше Джейсон не мог даже предположить, что однажды потеряет контроль над ним.

Всё началось пару дней назад, когда Оруэлл появился на одном из важных заседаний по уменьшению террористической угрозы среди населения. Только недавно прогремел взрыв банка крови, и в первые часы большинству представителей приходилось в буквальном смысле ночевать в Совете, с каждым поступлением всё новой информации отдавая соответствующие распоряжения, назначая ответственных за расследование и озвучивая официальные заявления. Шло время, а беспокойство всё не утихало, и перспектива следующей диверсии подпольщиков нависала над всеми власть имущими дамокловым мечом. Серьёзный повод для беспокойства у Джейсона появился в тот момент, когда на этом заседании он озвучивает мнение, которое для него совершенно не выгодно, хоть и не бросает тень на его репутацию. Пока.

На второй раз ему становится окончательно ясно – кто-то будто запер его в собственном сознании. Джейсон чувствовал себя так, будто его же собственный разум стал для него своеобразной клеткой, где он вынужден наблюдать за происходящим со стороны, но повлиять на ход событий никак не может. И это уже не просто беспокоило – это пугало.
Это как если бы я начал вдруг сходить с ума. – признаётся он Джанет уже на второй день, когда подобный инцидент в Совете повторился, и повод не просто для беспокойства, а уже откровенного напряжения лишь усилился. Озвучив это наблюдение, он вдруг издаёт короткий смешок: – Но в том-то и дело, что это совершенно не похоже на потерю рассудка. Здесь, с тобой, я способен себя контролировать и влиять на всё происходящее, но стоит мне перешагнуть порог Совета, как я замечаю лишь одно – что я способен всё слышать, видеть и понимать, но влиять… уже не могу. – окончание этого признания осело у него на языке тягучим, омерзительным привкусом, и поневоле возникает острое желание сплюнуть. – А сейчас, родная, сама понимаешь, не слишком-то лёгкое время, и я боюсь, что если так пойдёт и дальше, то это вызовет катастрофические последствия для нас обоих. А я не могу этого допустить. Завтра будет новое экстренное заседание в Совете, ты, как заместитель директора АРБ, имеешь право в нём участвовать, и я хочу, чтобы ты сама всё увидела и мы бы поняли, что происходит.

***

Со дня на день может произойти следующая диверсия Подполья, а мы до сих пор ни на шаг не продвинулись к общему решению.
Это ещё не факт.
Думаете, они станут выжидать? Вы серьёзно?
Нужно начать с агитационной сети, обрубать концы Подполью понемногу…
Я считаю, что нужно действовать радикально.
Что?

Остальные представители Совета, не разделявшие этой позиции, почти синхронно поворачиваются на источник внезапного замечания – на сидящего до этого безмолвно Джейсона.
Что-то я не припомню прежде, что до этого вы питали любовь к проявлению грубой силы, мистер Оруэлл, – замечает второй представитель от полукровок.
Смею напомнить, дамы и господа, что мы выдвигаем на голосование следующий вопрос – проводить ли следующую чистку Подполья. И я считаю, что время осторожных действий уже прошло.

В этот момент даже на лицах представителей от нежити проступает тень напряжения. Им прекрасно известно об озвученной прежде позиции Джейсона, и сейчас они, должно быть, справедливо полагают – что за мутную игру он затеял?

Смею напомнить, что сейчас не 2068 год… мистер Оруэлл, – подаёт голос, наконец, Виктория Стюарт, озвучивая фамилию своего коллеги с чувством плохо подавляемого возмущения. – Вам нужны ненужные волнения?

Будь воля Джейсона, он бы вообще не появился на этом заседании. Как и на всех последующих. Если цена этого – повторившееся ощущение плена в собственном разуме. Шёл третий день этой вакханалии, и теперь Оруэлла захватывало не просто беспокойство или страх, а самая настоящая паника. Внешне он оставался непроницаемым, с самым что ни на есть серьёзным выражением лица озвучивая неприемлемое для сложившихся обстоятельств решение. И не просто неприемлемое, а идущее вразрез с его собственными, которые он озвучивал несколькими заседаниями ранее. Чем-чем, а непоследовательностью суждений Оруэлл никогда не отличался.
Раньше вы были противоположного мнения. – замечает один из представителей.
Я передумал.

Кажется, всё очень плохо.

+1

3

Принятие решений быстрых и продуманных на несколько шагов вперед - такая способность едва и кому-то дается от рождения, скорее - это результат многолетнего опыта аналитической работы, сопряженной с разрешением сложнейших аналитических задач. Это будто строить пирамиду из канцелярских принадлежностей, во время корпоративных тренингов. Есть время, чтобы осмотреться и решить, что будет в основе, а какой именно степлер увенчает многометровое строение. Но к счастью или скорее к радости, таких людей крайне мало. Поскольку как не крути, а определенная склонность к такого рода мышлению должна сформироваться задолго до первых проб и ошибок в профессиональной сфере. Мой брат был стратегом, с тех пор как решил выбрать военное поприще для реализации своих юридических навыков и аналитических способностей. Подниматься вверх по карьерной лестнице в жесткой светской конкуренции было гораздо более проблематично, кроме того проявить себя среди привыкшего к эпатажу общества - не самая выигрышная позиция. Другое дело Министерство Обороны, немного консервативное, но умеющее оценить новаторство, а не театральность. Он был четким и выверенным как швейцарские часы, даже в новом мире не потерявшие своб популярность и востребованность. Полагаю в большей мере мы должны благодарить отнюдь не человеческую составляющую наших днк. Едва ли человек способен хладнокровно отнестись к убийству, воспринимая его как часть выверенного плана, должного привести к определенной цели. Не сожалеть о содеянном, но заранее знать о любых последствиях и делать, только взвесив все риски. Меня восхищала и восхищает в нем именно эта черта, хотя и тот факт, что я - единственная ради кого он умеет становиться совершенно другим, меня определенно радует. Впрочем из-за событий давнего и не слишком прошлого я отлично знаю, каково для Джея терять контроль над ситуацией, чувствовать, что им руководит не он сам, но ситуация, обстоятельства или чрезмерные эмоции. Это слабость, слабость, которая не предназначена для посторонних глаз, часть его самого, которой он готов и хочет делиться лишь со мной. Я ценю это, но в то же время тревожусь. Он - не бог, его мощь, как бы велика она не была - не безгранична, а это значит рано или поздно, он все же может утратить контроль и как это на нем отразиться не могу даже предположить.

Мы не виделись с ним в не дома несколько дней. Пока он заседал в Совете я вынуждена была вести мобильное координирование групп быстрого реагирования на территории Шотландии, где взрыв Банка Крови наделала почти столько же шума, сколько в Карлайле. Теперь ближайшие банки должны были превысить ежедневную выработку плазмы  и мало кого это устраивало, все более частые митинги и акты агрессии вынуждали совет мобилизовать группы АРБ в качестве сдерживающей силы. На этой волне наше совместное времяпровождение дома ограничивалось недолгими разговорами за вином и сигаретами и беспокойными иногда бессонными ночами, которые тоже то и дело прерывались экстренными вызовами - то меня, то Джейсона. Именно в этой связи разговор, начатый Джеем очень скоро пробудил нешуточную тревогу и у меня.
- То есть, как, погоди, хочешь сказать,  ты не владеешь собой, когда оказываешься в Совете, или просто теряешься, не зная какое решение принять - это так на него не похоже. Он усмехается, но не весело и продолжает совершенно серьёзно, заставляя меня нахмуриться в непонимании. Как вобще нечто подобное может иметь место, это уже не похоже на обычное переутомление, в формулировках своего ощущения Джейсон достаточно точен и конкретен, что лишь больше тревожит меня. Я медленно киваю, соглашаясь на его предложение присутствовать на грядущем собрании и увидеть все своими глазами. Я даже в половину не представляю, что мне предстоит лицезреть уже следующим утром, но его растерянность, заставляет и меня ощущать вязкое, отравляющее чувство беспомощности, обнимаю его за плечи, надеясь где-то в глубине души, что мы в самом деле разберемся.

***
Напряженная дискуссия на тему дальнейших действий Совета в отношении  Подполья меня не смущает и не удивляет, все тоже самое я слышу и на ежедневных летучках в АРБ. С позволения директора я занимаю кресло позади Виктории Стюарт, сидящей практически напротив Джейсона. Все наблюдатели и участники дискуссии, кроме членов Совета расположились за пределами круглого стола. Я не спеша обвожу взглядом присутствующих, время от времени приветственно кивая тем, кто спешит засвидетельствовать свое присутствие кивком в мою сторону.

До того как беседа перерастает в спор, я не замечаю в поведении брата ничего такого, что издали напоминали бы симптоматику описанную мне накануне. Но лишь до того момента, как в эскалации конфликта интересов не происходит перелом и речь не заходит об одобрении масштабной зачистки. Конечно, я знаю позицию Джея, разделяй, властвуй, но не истребляй. То, что он говорит, вынуждает меня выпрямиться на стуле и даже податься вперед. Это не он.
- Так или иначе, санкционировать наступательные операции или зачистки сейчас не представляется возможным, даже при единогласном решении Совета, напомню, что сейчас АРБ уже занято по распоряжению Совета сразу в нескольких разведывательных операциях, кроме того продолжается расследование взрыва - вмешиваюсь я поднимаясь с места, полномочный представитель Агентства сегодня я, а значит могу вмешаться в беседу, и кажется делаю это вовремя, потому что моё замечание отвлекает большинство членов Совета от сказанного Джейсоном.
- Хотите сказать, что сейчас АРБ не готово действовать? - напряженный голос миссис Стюарт звучит глухо, я продвигаюсь неспеша, так, чтобы это не показалось паникой, хотя сейчас хочу оказаться рядом с братом как можно скорее.
- Скорее я говорю о том, что занятость большинства агентов на данный момент носит не менее важный характер как подготовительная мера...к любого рода действиям в дальнейшем  - я слишком хороший юрист, чтобы растеряться, и подбираю слова с ловкостью дипломата, оказываясь возле Джейсона. Я вижу тоже, что видит он, но не ощущаю и толики растерянности или отстраненности собственного разума.
- А если достаточно голосов поддержат зачистку, и как мистер Оруэлл выскажутся за решение провести наступательную операцию  по нынешним данным - гомон поднимающийся вслед за этой фразой, не позволяет мне увидеть кто произнес эти слова. Гул разноголосия нарастает, и Джейсон нервно передергивает плечами, резко поднимаясь с места.
- Прервемся - резко обрывает шквал обсуждения Виктория Стюарт, стремительно покидая зал и позволяя мне сделать тоже самое, я без церемоний беру брата за руку, даже не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Мне совершенно все равно, главное - вытащить его отсюда.

Он идет послушно, как будто все равно, кто тянет его за руку, смотрит вперед несколько бездумно. Без лишних церемоний вывожу его на улицу, веду к машине, Уокер встает с водительского кресла и открывает дверь, оставаясь снаружи, когда мы оба садимся на заднее сидение.
- Джей, посмотри на меня, посмотри сейчас же - я обхватываю его лицо  холодными ладонями, заставляя сфокусировать взгляд на мне. - Я все видела...это был не ты, но сейчас, черт возьми, посмотри и скажи мне, что ты в себе - это не страх, похоже, но не он, я просто ошарашена увиденным. - Я не знаю кто.. кто это, но это был не ты... - он наконец поднимает ладони к моим рукам на своих щеках и несильно сжимает.
- Это я , детка, ты видела теперь - да видеть то видела, но что с этим делать....
- Тебе нельзя возвращаться, или ты спровоцируешь такой скандал, что мы можем оба... - он касается моего лба своим, прижимая мои пальцы к своим щекам.
- Идеи? - спрашивает он....
- Возможно.... нужно кое-что проверить, главное, чтобы миссис Стюарт не послала нас к черту...

+1

4

Для обретения власти одних амбиций мало. Аналитического строения ума и хладнокровности –  тоже мало. Истинная власть всегда включает в себя немалую долю ответственности. Нести эту ответственность, соблюдая свои интересы и балансируя между интригами конкурентов – вот основа настоящей власти, когда в твоих руках заключены судьбы тысяч существ по всему европейскому континенту. Нести эту ответственность, соблюдая свои интересы, манипулируя чужими умами и одновременно тонко чувствуя тот момент, когда малейшее давление может привести к катастрофическим последствиям – вот главные задачи, которые стояли перед Оруэллом с первого же дня его вступления в должность представителя. Обретя власть на самой вершине континентального правительства, он не собирался размениваться на мелочи, а его с годами выработанная привычка просчитывать последствия на несколько шагов вперёд не раз помогала сохранять наработанную репутацию. Сотни человеческих жизней не имели для него ровным счётом никакой ценности, но если их уничтожение приведёт к непредсказуемым последствиям – незачем рисковать зря. К тому же, Оруэлл отличался последовательностью – даже озвучивая нестандартные решения, он придерживался их и в дальнейшем. При нынешних обстоятельствах решение о следующей зачистке Подполья попросту опрометчивое, хоть и с учётом усиливавшихся радикальных настроений среди нежити – вполне предсказуемое. Но в том-то и дело, что позволять себе предсказуемость Оруэлл никак не мог. И пока другое существо, что каким-то невероятным образом вселилось в него, озвучивает совершенно невыгодную для него позицию, всё, что оставалось делать самому Джейсону – это с внутренним ощущением дрожи наблюдать за происходящим. Сомнений нет – сейчас он не может ни на что повлиять. Он будто оказался в огромном аквариуме, доверху наполненным водой, не имея никакой возможности обрести контроль над собственным телом. Состояние, схожее ещё и с комой – с тем исключением, что в том случае нет никакой возможности ещё и заговорить. Сейчас формально говорил Оруэлл, но вряд ли кто-либо из присутствующих мог заподозрить о подмене.

Состояние морока тотчас же иссякает, едва он оказывается вне Совета. В машине, чувствуя едва уловимый запах кожи, натянутой на сидения, он глубоко вдыхает, смутно ощущая себя выброшенной на берег рыбой, и прежнее состояние внутренней дрожи теперь сменяется некоторой растерянностью. Он не знает, что происходит. Не имеет ни малейшего понятия. Это не похоже на переутомление, на потерю рассудка, на возрастные изменения – во всех трёх случаях невозможно говорить против своей воли, будто устами другого человека. Джанет упоминает Викторию Стюарт, и Джейсон в ответ едва заметно кивает, соглашаясь с тем, что обратиться к ней в данном случае – единственный разумный вариант.

***

Колдунья находилась дома одна. Через час Уокер подъезжает к её особняку, и наружу, поднимаясь с задних сидений машины, выходит Джейсон, держа сестру за руку. Заметно охладившийся воздух болезненно обжигает лёгкие, когда Оруэлл делает ещё один медленный, глубокий вдох. Он ненавидел признавать собственную слабость. Ненавидел оказываться в положении, когда о всей сути происходящего мог только догадываться, но не знать наверняка. Ненавидел мучиться в неизвестности. Остановившись у порога дома миссис Стюарт, он несколько раз нажимает на дверной звонок, по ту сторону слышатся отголоски объёмных, звучных трелей. До своего визита Джейсон отправил на мобильный телефон колдуньи голосовое сообщение с единственными словами: «Мне нужна ваша помощь». Не самая лучшая формулировка, так как после всего произошедшего в Совете в разы повышала уровень не гостеприимности и недружелюбия миссис Стюарт, но одновременно не могла не заинтриговать – ведь прежде Оруэлл в её глазах наверняка не производил впечатление человека, которому когда-либо в принципе может понадобится помощь.

Те несколько секунд, прошедших с первого нажатия на дверной звонок, кажутся вечностью. На пороге появляется, судя по всему, дворецкий, открывая дверь так, что внутреннюю обстановку дома можно было усмотреть только в узкую щель.
Миссис Стюарт дома? – интересуется Джейсон у высокого сухощавого мужчины. Тот, оглядев нежданного гостя и его спутницу, неспешно кивает:
Дома. И, насколько мне известно, может вас принять.

Едва Оруэлл вместе с Джанет появляются на пороге гостиной, где их встречает Виктория, как навстречу им летит едкое замечание:
Мистер Оруэлл, если вы думаете, что после своего неуместного замечания в Совете можете рассчитывать на сочувствие, то…
Послушайте, миссис Стюарт, – перебивает её Джейсон, поднимая руку в примирительном жесте, – я понимаю, что повёл себя сегодня не слишком логично, но вы должны знать, что… это был не я. – после этой фразы воцарившаяся на мгновение тишина почти физически ощутимо режет кожу. Виктория по очереди смотрит то на Джейсона, то на его сестру, явно не зная, как воспринимать только что сказанное – неудачной шуткой или предисловием к чему-то более серьёзному. В конечном итоге, остановив взгляд на Джейсоне, она слегка щурится, скрещивая руки на груди:
Что вы хотите этим сказать?
Тем, что я не понимаю, что происходит со мной. Я словно не могу контролировать свои действия в стенах Совета.
Вы… можете сказать нам, из-за чего такое может быть? – вмешивается Джанет.
Что значит – не можете? Я же видела в Совете, что… – колдунья на мгновение осекается, и в её глазах Джейсон улавливает искру понимания. – То есть, вы хотите сказать, что не владеете собой?
Именно.
Пожалуй, есть только один способ выяснить причину.

Через некоторое время Джейсон сидел в кабинете Виктории, ощущая, как искры магии покалывают ему виски. Кажется, что проходит ещё один отрезок вечности, по истечение которой миссис Стюарт, наконец, изрекает:
Это не что иное, как порча, определённо. Кто-то навёл на вас сильное заклятие, действующее только в пределах Совета. И у меня для вас плохие новости. – заканчивает колдунья, обходя Джейсона и останавливаясь перед ним. Он чуть усмехается:
Куда уж хуже…
Заклятие действует примерно месяц. После этого срока вы в лучшем случае начнёте сходить с ума – в самом прямом смысле. В худшем – умрёте.

+1

5

Что мы знали о мире, неотъемлемой частью которого являлись? Были ли наши познания достаточно широки и глубоки, чтобы чувствовать себя в безопасности? У Джейсона была власть руководить всеми политическими движениями континента, его голос мог решить судьбы сотен тысяч существ, а я фактически была оружием его власти, предоставляя в его распоряжение силы АРБ. Мы по праву считали себя людьми широких взглядов, поскольку даже не взирая на собственное происхождение и амбиции умели распорядиться имеющимися полномочиями с умом. Но на самом деле, мы знали лишь как обезопасить себя, но даже не подозревали, что в стенах совета кому-то из нас может грозить опасность подобно той, за которую мнительных дамочек почтенного возраста поднимает обычно наспех. Булавки в подушке, проткнутые иглами фотографии и куклы вуду. Верить в силу такого рода магии было равносильно вере в Бога, никто не запрещал в теории, но на практике все приходило к исключительной подозрительности. Не то, чтобы мы сомневались в существовании магии, не признавать ее очевидного наличия было просто невозможно, но за исключением знакомства с несколькими колдунами в высших эшелонах власти, мы этой стези никак не касались. До сих пор межконтинентальные шабаши представлялись чем-то вроде научной конференции.

Джейсон был стратегом, чему научил и меня, просчитанные риски всегда были в приоритете. Насколько мне было известно контроль за использованием магии производили истребители и каждый колдун был поднадзорен, посему применение магии тем более откровенно темного содержание с целью навредить объекту, в стенах Совета Рас казалось нонсенсом. Ведь допуск имели проверенные люди, полномочные представители своих рас, однако, как выяснилось не все они были благоразумно сдержаны в попытках не использовать магическую силу в личных целях.
Я совру, если скажу, что не задумывалась о том, как могла бы использовать такую силу, окажись в моей крови гены не нежити, а как примеру провидицы или что бы я стала делать обладая магией стихии. Но это было из разряда сказок, и никакого отношения к моей действительности не имело, по крайней мере до сих пор. Собственно сама мысль провести мониторинг состояния Джейсона не пришла бы в голову, если бы я не увидела его с на заседании. Внешне, это было он но его взгляд был почти стеклянным, лишенным отражения каких-либо эмоций, а слова, что прорезали пространство ровно, словно раскаленный нож не могли исходить из его разума, открытого для меня  в каждом намерении. Мы слишком хорошо знали друг друга, прошли через столько, что многим не привиделось и в самый сюрреалистических снах. О да наше единение было не результатом скучного сосуществования  - отнюдь, оно было выстрадано и закалено как самый твердый металл. И теперь видеть его сфокусировавшийся взгляд - высшее благо. Сейчас он здесь со мной, но увиденное минутами раньше вселяет тревогу. Я знаю о Виктории Стюарт достаточно, чтобы предположить ее единственной из возможных кандидатов для обращения за помощью в таком щекотливом деле,в  конце концов кое-чем она обязана Джейсону и по крайней мере, если ее настрой не слишком воинственен после заседания, мы можем надеяться на конфиденциальность - как ответную любезность, на оказанную когда-то протекцию ее мужу...

То как Джей сжимает мою руку, пока мы едем к ее особняку о многом говорит, конечно, мой брат не из тех кто легко обращается за услугой, особенно столь неординарной, и да мы вполне можем ожидать крайне холодный прием.  Перед нами дом, где обитает член Совета Рас, как я полагаю не в гордом одиночестве, хоть и подобное не принято обсуждать в кулуарах, моей осведомленности это не отменяем. Нас встречает дворецкий, это довольно худощавый мужчина, не чета нашему Бонэму, но куда нам до аристократии с английскими корнями.
Помнится, когда Виктория появилась в гостиной нашего дома, ее встретили куда приветливее, впрочем она и не давала повода думать, что одобряет новый геноцид, как это сделал Джейсон. Короткая пикировка и откровенность Джея делают свое дело, она проявляет заинтересованность и изумление, тогда вступаю я
Вы… можете сказать нам, из-за чего такое может быть? - дальнейшее пояснение кажется обескураживает всех нас. Я не хочу отпускать Джейсона, но Виктория настоятельно просит отойти на два шага за ее спину, чтобы не мешать. Когда над ним искрится магия у меня захватывает дух, это совсем не тоже, что лежать в темной барокамере и ждать магнитного резонанса. Вот с пальцев Виктории опадают искорки и гаснут не касаясь лица Джея, картинка завораживает, мы молчим в тягостном ожидании, пока где-то в районе висков не проявляется на мгновение темный туман. Пока я заворожено смотрю на тающую тень, миссис Стюарт объясняет что это порча...темное заклятие на моем брате.  И его в ожидает не самая завидная перспектива.
- Нет, - резко вскрикиваю я, заставляя Джей и колдунью вздрогнуть.  - Я хочу сказать, должен быть какой-то выход, это можно снять? Выяснить кто наложил заклятие и избавить Джейсона от него - он не умрет, он не умрет - пульс торопливо стучит в висках,в  горле, в ребрах и запястьях, мои щеки загораются красными пятнами.
- Так ведь? - я не могу остаться в стороне подхожу и касаюсь плеча любимого, не взирая на пристальный взгляд Виктории.
- В теории способ есть, я такое снимала, но вот один нюанс, Ваш брат - человек...хорошо он полукровная нежить, это я к тому, что в нем нет магии и когда я попробую отделить от него это заклятие, снять воздействие...его кровь не выдержит. Сейчас если вы не нарушаете норму питания, плазма - основа вашей крови и это лишает вас шансов на благополучный исход.
- Но как же, я осекаюсь, понимаю, что плечи дрожат. Она говорит, что Джей умрет  - а если не появляться в Совете взять отпуск, ну как-то...
- Дело не в Совете, дорогая, он будет под воздействием заклятия месяц или около  того, пока чужая магия не иссушит его...если только - она потирает подбородок и в этот миг мне хочется встряхнуть её - но это не слишком законно и мало кто отважится... - я все же шагаю к ней вплотную.
- Виктория,я  не имею права напоминать в стенах Вашего дома, но ведь Джейсон спас Вашего...мужа, так спасите и вы моего....брата - Джейсон тянет меня за руку, призывая успокоиться. Любовь моя, как же я могу, ведь я снова теряю тебя, и снова чужой волей, только это во сто крат хуже, чем видеть тебя с другой...ты ведь можешь умереть - он читает мой взгляд безошибочно.
- Хорошо - нарушает хозяйка дома наш зрительный тет-а-тет. Есть двое колдунов...думала ли я что их собственная проблема может пригодиться таким способ ...вот уж мир...ну и времена
- Интересно, кто же осмелился навести порчу, признавайтесь Джейсон, кого вы так допекли - она садится в кресло прикуривая ароматную сигарету, зверски хочется присоединиться, но я  стою рядом с Джеем и ощущение его пальцев, обручального кольца, касающегося кожи, немного усмиряют бурую внутри.

+1

6

Джейсон прекрасно знал, что, кроме всего прочего, в нынешнем мире присутствует и магия. Для него этот факт не был чем-то из разряда фантастики – хоть и поклонником тонких материй его уж точно нельзя назвать; он больше предпочитал то, что можно увидеть собственными глазами, ощутить тактильно, попробовать на вкус и оценить последствия, и вполне заслуженно считал главной своей силой собственный же разум. Именно его ум, а не магическая сила или какие-то особые таланты сделали его тем, кем он есть сейчас. Именно ум помогал Джейсону в нужный момент потянуть за ниточку, как искусному кукловоду, и эту способность он приобрёл отнюдь не с набором генов, а вследствие постоянной практики, неослабевающей осторожности и столь же постоянной сдержанности в отношении других. Когда он был молод, ему не хватало терпения. Энергия в нём кипела, а отсутствие опыта побуждало желать всё и сразу. К счастью, тогда ему, ещё двадцатилетнему парню, хватило ума признаться самому себе в этом недостатке, как и хватило воли под давлением приобретённого опыта и обстоятельств выплавлять свою новую, улучшенную натуру. С помощью собственного разума он учился ждать желаемого результата, приспосабливаться под обстоятельства, если оные оказывались сильнее его, а затем находить способ изменить их течение в свою пользу. С помощью своего ума он учился убеждать, находить недостатки и слабости других, давить на них, заметать следы и вовремя чувствовать запах предательства или намечающегося заговора. Одного в этой стройной конструкции Джейсон не учёл – что когда-нибудь он потеряет контроль над собственным разумом. Что каким-то совершенно невероятным образом он станет объектом чужого заклятия, и не сможет этого предугадать. Его знания о магии все эти годы были весьма ограничены – никогда прежде у Джейсона не возникало повода интересоваться этой темой для практической пользы, и уж тем более использовать в корыстных целях. На месте главы судебного департамента Оруэллу приходилось весьма тесно сотрудничать с Орденом Истребителей, и он прекрасно знал, что любой вид магии фиксируется и отслеживается. Каким образом удалось наложить тёмное заклятие в стенах Совета – остаётся только догадываться, но даже не это сейчас беспокоит Джейсона больше всего. А короткое и сухое замечание Виктории, что в худшем случае он может умереть. События как будто разворачиваются с точностью до наоборот – теперь угроза смерти нависает не над Джанет, а на над ним самим. Отвоевав свою сестру у смерти, следовало ожидать, что однажды она придёт и за ним. Но, чёрт возьми, не сейчас, уж точно не сейчас, когда едва отгремело судебное разбирательство над Картрайтом, и на всех без исключения заседаниях подпольщики служили ощутимой головной болью для всех же представителей. До чего не вовремя перед ним возникло очередное препятятствие – именно сейчас, когда можно было смело сказать, что каждый следующий день творит историю на многие поколения вперёд.

Замечание Виктории вызывает куда больший отклик у Джанет, и он невольно сжимает её руку, едва чувствует касание её ладони на своём плече. Сейчас ему совершенно безразлично, как это выглядит в глазах колдуньи – Джейсону очевидно, что она и так обо всём догадывается. Не могла не догадаться уже после внезапного исчезновения Джанет из АРБ, и крайне подавленного состояния её брата. Виктории хватит ума не вмешиваться в это – отчего-то Оруэлл в этом не сомневался. Он тянет за руку свою сестру, как только она пытается отойти от него, приближаясь к колдунье с пылким замечанием, и ясно читает в её ответном взгляде одну лишь фразу: «Ты можешь умереть».

Понятия не имею. – отзывается он, едва Виктория замечает, что есть способ снять заклятие с помощью двоих колдунов и спрашивает, кто же мог его наложить. И, пожалуй, в этом ответе немалая доля правды – учитывая всеобщую напряжённость, что особенно сильно чувствовалась между Джейсоном и его сестрой, сложно было сходу разложить предшествующие события на необходимые составляющие. – Вы хотите сказать, что без – своего рода, – магической подложки заклятие снять не удастся? – интересуется он у Виктории, вспоминая её слова, что его кровь может не выдержить. Колдунья степенно кивает, затягиваясь сигаретой. Невольно он чувствует вкус табака на собственном языке, и едва подавляет в себе желание закурить самому, сжимая руку Джанет и ощущая, как соприкасаются их кольца. – Тогда нам следует провести всё сегодня же… если это возможно.

***

Где-то через час дом наполняется новыми звуками и голосами – прибыли те самые двое колдунов, о которых упоминала миссис Стюарт.
Мистер Вайс, какая неожиданность. – несмотря на внутреннее напряжённое состояние, Оруэлл умудряется приветливо улыбаться, протягивая ладонь колдуну для рукопожатия. Разумеется, Джейсон знал Дарнелла прежде, и не раз присутствовал на мероприятиях, которые тот организовывал с участием представителей Совета, а вот его спутницу ему прежде видеть не приходилось.
Фрида Ланг, – сухо осведомляет она обоих Оруэллов, по очереди пожимая им руки, без тени улыбки. На плече – объёмная чёрная сумка, хватка твёрдая и уверенная, едва уловимый запах медикаментов. Должно быть, врач.

Джейсон прекрасно отдавал себе отчёт, что тот ритуал, на который он согласился, едва ли можно назвать законным – впрочем, и заклятие в стенах Совета под это определение уж точно не подходило. Но тянуть с раздумьями он определённо не мог себе позволить – они с Джанет оба не могли, – одна лишь мысль о том, что кому-то в Совете удастся так легко и почти незаметно убрать своего конкурента, вызывала дурноту. В этом случае риск был необходим – да и когда Оруэллу в своей жизни хоть раз не приходилось на него идти?

Все пятеро собираются в гостиной, образуя своеобразный круг. Фрида, достав гримуар, с чем-то сверяется, Виктория, настойчиво попросив Джанет отойти за диван, после коротких приготовлений берёт Джейсона за руку.

Он видит, как тут же вспыхивают и гаснут несколько мелких огоньков, целая цепочка из них, будто змея, охватывает его запястье со всех сторон, проникая под кожу и в кровь. На лбу мгновенно выступает испарина, вся комната будто помещается в водоворот.

Не выходит, – сквозь шум собственного сердцебиения слышит он обеспокоенный голос Виктории, – придётся вам поделиться силой. – нет никаких сомнений, что она обращается уже к Дарнеллу и Фриде.

В следующий момент он чувствует себя так, как будто оказался в сплошном энергетическом потоке. Окружающие звуки и запахи будто доносятся до него сквозь пелену, слова теряют всякое значение и смысл, магия жжёт в груди, в горле и в венах, и в конечном итоге Джейсон падает на колени, расцепляя хватку, и, упираясь ладонями в пол, судорожно хватает ртом воздух, точно выброшенная на берег рыба.

+1

7

За многие годы я привыкла скрывать то, что когда-то могла утаить даже от брата. Это была не любовь тайком, а именно частная жизнь, не становящаяся достоянием общественности под напором докучливых журналистов или чрезмерно усердных искателей скандалов среди частных детективов. Мы не давали поводов врагам или конкурентам думать, что кого-то из нас можно отодвинуть, воспользовавшись неприглядными подробностями личной жизни. Оруэллы - как акулы, им некогда размениваться на общедоступные и принятые мелочи быта и семьи, они творят историю, властвуют и управляют - как по мне так довольно пафосное, но точное описание, для тех образов, которые мы  создали и поддерживали с блистательным мастерством. Безусловно таких как доктор Блум нам не встречалось прежде и никто не позволял себе наблюдение под такой призмой, она была первой и, надеюсь, единственной, кто смог разгадать нашу с братом связь. Впрочем, теперь она не была опасна, она стала нашей союзницей... и даже я со временем научилась смотреть на нее без отвращения, хотя едва ли я смогу забыть как она целовала Джея. Наша привязанность в глазах общественности зиждилась на кровном родстве и общих политических целях. Мы слажено работали в тандеме, приходясь друг другу близкими родственниками - пожалуй самое правильное сказать об "Оруэллах" именно так. Конечно, во мне была чисто женская жажда и желание отвадить видом обручального кольца любую из девиц, силящихся завоевать внимание Джея на деловых встречах и благотворительных раутах, его ревность была скрыта, но и я видела как он собственнически сжимает ножку бокала, если видит на моем плече мужскую руку, или замечает как собеседник наклоняется ближе к моему уху, задевая щекой щеку, делая что-то передать совершенно конфиденциально. Суть власти - в знании и мы оба обладаем ею безраздельно, как и друг другом, потому отыграв положенный спектакль и приходя домой, мы до сих пор стараемся касаться друг друга как можно чаще, чтобы хватило на грядущий день.
Виктория Стюарт входит в число довольно прозорливых людей, и это своего рода каламбур, если брать в расчет ее магические способности. И при ней как раз не желательно было бы проявление каких-либо эмоциональных вспышек, но страх смерти уравнивает всех. Я с трудом понимаю о чем идет речь, когда Виктория замечает, что без помощи из вне ей не справиться, и что тело Джейсона может не выдержать. Ничего подобного я даже не могла предположить, когда мы ехали сюда, строя теории о том, что может быть причиной такой своеобразной "шоры", которая падает на Джейсона лишь в Совете. Это могло быть что угодно, но я не думала о магии, на самом деле, не могла предположить, что в Совете это возможно. Я хочу знать кто и как провернул это в Совете, но пока есть другая задача и уж, конечно, обидчик может подождать пока на кону жизнь любимого.

В напряженном ожидании проходит час, прежде, чем в доме миссис Стюарт появляется довольно неожиданная пара. Дарнелл Вайс хорошо нам знаком, ввиду его профессиональной деятельности, женщина "Фрида Ланг" как она представляется кажется мне смутно знакомой, как если бы я видела ее, склонившейся над моим телом, утыканным иглами и капельницами. Позже я понимаю, что за чувство она вызвала во мне...будучи врачом она внесла с собой в дом аромат стерильных салфеток и порошковых препаратов. Врач... Эти ароматы навсегда будут связаны со смертью, не получившей меня в свой темный легион не так давно. Не отдам я ей и Джейсона.

- Здравствуйте, Дарнелл - он кивает, и перестает улыбаться, видимо я выгляжу довольно воинственно и неестественная бледность подтверждает, что сейчас не время для формальных вежливостей. Мне жаль, что я не могу быть причастной, не могу помочь и поддержать Джейсона, Виктория просит меня отойти в сторону, однако, я делаю шаг назад, всего один шаг, чтобы быть ближе если... что-то пойдет не так. Хотя я и вовсе не имею представления точно должно произойти. Когда они берутся за руки Фрида ловит мой взгляд и кивает в сторону сцепленных рук, я могу присоединиться.
- Больше силы воздействия - коротко поясняет она. А дальше я наблюдаю самую удивительную картину, от которой воображение взрывается потоком невероятного изумления.
Я вижу магические всполохи, как если бы они были живыми существами и могли перемещаться, роиться, касаться кожи и проникать под нее. Я чувствую, как нагревается моя ладонь в захвате Фриды, как она становится влажной от избытка адреналина и при этом я не могу отвести глаз от Джея, магия пронизывает его точно нитка с иглой. – Не выходит, придётся вам поделиться силой - я слышу голос Виктории, но не перевожу на нее взгляд, сама она смотрит на Вайса и Ланг, те обмениваются коротким взглядом друг с другом, хоть кто-то что-то понял. Я вижу как Джей тяжело дышит, с его висков ручьями течет пот, он чуть наклоняется с трудом удерживая равновесие. Мне хочется крикнуть, чтобы все это прекратилось, но я молу, скованная крепкими пальцами Фриды и Виктории.
- Думаю, от меня не убудет - лениво проговаривает Вайс и тянется к Фриде, чтобы поцеловать ее, я замираю от неожиданности и вижу как поток света, будто струя, собранная из млечного пути стремительно спешит через его запястье  прямиком в моего брата. Джейсон вздрагивает, а потом падает на пол в попытке вздохнуть. Визуально полное ощущение, что он сейчас задохнется в каком-то приступе. Виктория что-то проговаривает, Фрида и Вайс неспешно размыкают сначала ладони, потом губы, так если бы они были приклеены и желали отделиться не причиняя друг другу лишней боли. Из всей этой одуряющей мизансцены все, что я могу понять, это что мой брат едва дышит.

- Джейсон - я отпускаю руки и бросаюсь к нему, чтобы подхватить его, понять что жив...получилось.
-Я бы этого не делал - торопливо замечает Вайс, но я не слышу этого предостережения.
- Джанет, вскрикивает Виктория и в тот же миг, когда я дотягиваюсь рукой до щеки Джея, а он касается меня в порыве обнять, меня отбрасывает в стену у двери, ведущей в прихожую. Похоже будто я с разбегу напоролось на энергополе вроде кулака, в солнечном сплетении спирает дыхание и я в растерянности пытаюсь понять жива ли я, и что случилось.
- Скажите спасибо, что он взял не огонь, иначе лежали бы горсткой пепла. -Вайс усмехается и без церемоний прикуривает сигарету со стола Виктории.
- Я не понимаю...Фрида помогает мне встать, попутно объясняя случившееся так, будто я пятилетний ребенок, хотя относительно магии на старший возраст претендовать и не приходится.
- Дарнелл передал ему часть своей магической силы...это был телекинез. Я пытаюсь рассмотреть Джея, которому помогает Виктория, вырисовывая на лбу и на щеке что-то пальцами. - мы с ним связаны...своеобразной магией, чтобы не лишиться своих сил целиком, он ну как-бы воспользовался мной как...
- Подпиткой - он смеется в голос, единственный, кого ситуация похоже забавляет - очень образно, Фрида.
- Заткнись, - беззлобно бросает ему женщин - вроде бы без повреждений - осмотрев меня замечает доктор и отходя к Вайсу забирает у него сигарету. Я не знаю могу ли подойти к брату, я даже не знаю, в каком он состоянии и тревога ширится пока Виктория не отходит в сторону.
- Только спокойней, он пока не слишком контролирует силу...зато убрали порчу и жить он будет - замечает она, но я уже не смотрю и почти не слышу ее. Бледное лицо Джея появляется передо мной, и я едва не плачу. Нельзя нельзя, здесь посторонние - твержу я себе, но ноги уже уже спешат приблизиться и я поднимаю руки, чтобы коснуться его. - Джей - он тревожно смотрит на свои руки, потом на меня...боится причинить боль - догадываюсь я и обнимаю его. Он крепко вжимает меня в себя, не обращая внимание на присутствующих.
- Вы мистер Оруэлл, теперь фактически в нашей лодке... но если это станет общеизвестно....ох истребители вам жизни не дадут - усмехается Вайс и тут же получает хлесткое - Заткнись -от Виктории и Фриды одновременно.
- Живой - шепчу я в щеку любимого, коротко касаясь уха губами. Я знаю, что троица позади меня наблюдает за нами очень пристально и потому ничего больше себе позволить не могу.

+1


Вы здесь » The Shadows of Dimensions » Чаепитие в склепе » The Witchcraft Captivity